Дагон Мэй: женщины-работницы на фабриках Китая

Гигантская миграция рабочей силы из сельской местности в города, начавшись в конце 80-х годов, затронувшая 130 млн. человек и изменяющая Китай по сей день - беспрецедентна в истории страны...

Print Friendly Version of this pagePrint Get a PDF version of this webpagePDF

 

 

Рецензия на книгу «Фабричные девчонки: из деревни в город в меняющемся Китае» была опубликована в журнале Harvard Magazine, выдержки из неё приведены ниже, но перед тем как перейти к ним, надо вкратце представить саму книгу.

Книга представляет серьёзный интерес, поскольку детально исследует особенности миграции сельской молодежи, особенно женщин, в города. Что ими движет? Чем они живут? С чем сталкиваются? Наконец, почему они покидают родные деревни? Автор книги пытается подойти к проблеме серьёзно, в каких-то случаях этнограф прямо перевешивает журналиста. Он исследует дневники, письма, СМС-сообщения — фактически весь, так называемый «текстовый нарратив», который, вместе с детальным интервью работниц и экскурсом в историю миграции, позволяет «очеловечить» современную историю сельских, преимущественно женщин (что является трендом в Южной и Юго-Восточной Азии), работниц-мигрантов.

Гигантская миграция рабочей силы из сельской местности в города, начавшись в конце 80-х годов, затронувшая 130 млн. человек и изменяющая Китай по сей день — беспрецедентна в истории страны. Ею двигали отнюдь не экологические или политические факторы, такие как голод, войны, принудительное перемещение рабочей силы в результате проводимой государством определенной политики или чего-либо подобного. В пост-маоистском Китае её причины лежали в структурной области: экономическая необходимость и последствия сель-хоз. реформы, что оказывали воздействие на крестьян. Сельскими жителями двигал поиск возможностей улучшить своё материальное положение, стремясь «держать свою судьбу в своих руках» на «выходе» мы видим резко возросшую активность формирующегося индивидуального, свободного от условностей, поведения, желающего поменять имеющийся быт. В этом особую роль сыграли молодые женщины, они оказались на острие популяционного сдвига и, переместившись в быстрорастущие города прибрежной зоны Китая, фактически создали новую идентичность — «дагон мэй» («работающие сёстры»), оправдывая то, что социологи называют «феминизацией мировой рабочей силы».

В книге Лесли Чэн (Leslie T.Chang), проведшая 10 лет в Китае в качестве корреспондента WSJ, создает  яркую картину, как динамики самого процесса внутренней миграции, так и самих женщин-мигрантов, как активных участниц мировых и локальных социо-экономических изменений. Это особенно важно, поскольку, чаще всего, женщины-работницы изображаются исключительно беззащитными жертвами беспощадной эксплуатации, работающими в небезопасных и нездоровых условиях, на низкой з/п, без социальных гарантий, постоянно подвергающихся дискриминации и со стороны городских жителей и местных властей — и ничего более. В конечном счете — это оказываются бессловесные создания, работающие на «фабрике мира» над игрушками, обувью, сумками, компьютерами и потребительской электроникой, другими товарами для удовлетворения желаний и нужд Западного Покупателя. Автор книги освещает по-новому ежедневную жизнь этих работниц. Она провела три года в городе Донгуань, гигантском фабрично-заводском центре к Юго-Востоку от Гуанчжоу, среди текучей общины работниц-мигрантов, занимаясь полевыми исследованиями.

Основной упор сделан на изучении жизни двух девушек — Мин и Чунмин, для чего был использован весь личный нарратив — дневники, письма, текста СМС, переписка в чатах и т.д. Интервьюируя их, их коллег и друзей, автор выстраивает мир, вращающийся вокруг работниц-мигрантов: производство, общества взаимопомощи, вечерние школы и классы для «рабочей молодежи», рестораны, кафе, дискотеки и, наконец, родная деревня, в которой они выросли.

Такое проникновение в жизнь работниц, практически ежеминутное их наблюдение, хорошо видно в книге, особенно когда она пишет:

«Женщины-мигранты, которых я знала, не жаловались на несправедливое отношение к ним. Родители могли больше отмечать успехи сыновей по сравнению с дочерьми, боссы предпочитать красивых секретарш, на работе — открыто дискриминировать, но они не обращали внимание на несправедливости — за все три года в Донгуане, я никогда не слышала ни от одной из них что-либо похожее на высказывания феминисток».

Подобное отсутствует в большинстве академических работ, посвященных гендерному неравенству и «феминизации рабочей силы в Китае» и в других частях «развевающегося» мира.

Чэн демонстрирует высокий уровень владения навыками этнографа, нежели журналиста, когда описывает детали частной жизни, которыми с ней делятся. Тон книги говорит о растущем уважении автора к фабричным девушкам, вынужденным подлаживаться под анонимность и быстротечность городской жизни. Чэн не упускает и дилемму свиданий — поиска подходящих брачных партнеров, «горечь» от того, что они вынуждены «есть» в процессе апробации новых идентичностей, а также моральные и этические проблемы и переживания, встающие перед ними при участии в пирамиде, продающей лекарственные снадобья.

Фабричные девчонки обычно зарабатывают и накапливают денег больше, чем их братья, и поэтому и отсылают домой, родителям, больше. Не смотря на значительное улучшение своего экономического положения, когда они возвращаются домой, в деревню, им причиняют много боли возобновления отношений со своими родителями и родственниками, которые придерживаются традиционных взглядов на мир и отношения в обществе. Кроме того, «фабричницы» частенько находят, что слова «традиционной мудрости» никак не помогают им в тех жестоких условиях, с которыми они сталкиваются в своей городской жизни. Используемые Чэн примеры очень яркие и выразительные: после того, как становится понятно, что мобильные телефоны — это основное средство  межличностной коммуникации для рабочих-мигрантов (основная причина, по которой Китай — крупнейший рынок мобильных телефонов в мире), она показывает, что потеря сотового резко обрубает связь его владельца с городом, в котором она работала, и социальными связями, что она установила.

Строение книги позволяет читателю совершить, вместе с автором, путешествие от сельских общин к быстрорастущим прибрежным городам Китая. В первой части Чэн объясняет, что сельские жители, особенно молодежь, испытывает желание «уйти» (chuqu) не просто из-за возможности работать в городе и ожиданий от качества жизни в городе, но также потому, что дома делать нечего. Автор, конечно же, говорит и о самом Донгуане — городе полном противоречий и «месте без памяти», а также об условиях работы в Ю Ен (Yue Yuen) — крупнейшей, принадлежащей выходцам с Тайваня, опутавшей весь город, и являющейся крупнейшим мировым производителем обуви для таких брендов, как Nike, Adidas и Reebok.

Ю Ен (Yue Yuen) сочетает в себе не только легендарную конвейерную, фордистскую систему, оно является государственным, «социалистическим» предприятием. Для молодых мигрантов, предприятие — это стабильная занятость и возможность вертикальной мобильности. Чэн выяснила, что практически все менеджеры на фабрике, на которой трудятся 70 тысяч человек,

«начиная от мастеров участка, до глав целых цехов и подразделений и фабрики, все являются выходцами из сельской местности, начинавших свой трудовой путь со сборочных линий».

Работники фабрики могут рассчитывать на соблюдение трудового законодательства и защиту своих прав, равно как и на карьерное продвижение, основанное на 13-ти ступенчатой системе. Эта часть особенно важна, особенно для тех, кто верит, что всё что сделано в Китае, производится в условиях постоянного нарушения трудового законодательства и человеческих прав.

Но, в основном, книга посвящена самим девушкам с фабрики. Активно используя выдержки из дневников Чунмин, Чэн показывает борьбу молодой женщины, сопровождающую её на всем пути сквозь жестокий мир корпораций, и то, что приводит её к формированию своей версии «протестантской этики» Макса Вебера, применимой на своём рабочем месте. Отслеживая прогресс Мин, от работы на сборочной линии до позиции в HR отделе (Human Resources  — аналог отдела кадров), Чэн наглядно показывает нам, что женщины-мигранты не существуют исключительно в мире «полной бесперспективности»: карьерное продвижение и улучшение своего материального положения, как результат своих усилий и приложенного труда — это достижимая мечта.

Самый большой плюс книги Чэн лежит в её в попытке расширить и углубить понимание того, как женщины-мигранты перестраивают общественные отношения и современную этику в сельской местности и городах Китая. Многие кто интересуется «китайской темой» найдут книгу замечательным источником и захватывающем чтением, в котором слышен живой голос женщин-мигрантов, обычно не слышимый в книгах, посвященных гендерным и рабочим проблемам.

Об авторе Kaliban