Прототип Рождества

Вот  и настало Рождество и служители культа призывают нас это дело отпраздновать. Даже отдельные левые любят сочинять стихи, рисующие этот день (вернее ночь; Иисус родился ночью) как время рождения великого гуманиста и чуть ли не революционера. Правда, непонятно, правда ли Иисус родился в этот день, если вообще родился[1] (о дате рождения Христа разные автора богодухновенного Евангелия почему-то пишут разные вещи, вот беда…). Во всяком случае, среди самих христиан (которые отнюдь не были едины в те времена) идея, что Христос родился 25 декабря/6 января, появилась не раньше конца II- начала III века.

«Разве день Господень не мрак, а свет? он тьма, и нет в нем сияния.» (Амос 15:18-20)

Традиции всех мертвых поколений тяготеют, как кошмар, над умами живых.

Карл Маркс.

 

Вот  и настало Рождество и служители культа призывают нас это дело отпраздновать. Даже отдельные левые любят сочинять стихи, рисующие этот день (вернее ночь; Иисус родился ночью) как время рождения великого гуманиста и чуть ли не революционера. Правда, непонятно, правда ли Иисус родился в этот день, если вообще родился[1] (о дате рождения Христа разные автора богодухновенного Евангелия почему-то пишут разные вещи, вот беда…). Во всяком случае, среди самих христиан (которые отнюдь не были едины в те времена) идея, что Христос родился 25 декабря/6 января, появилась не раньше конца II- начала III века.

А что мы, собственно празднуем? Почему такие верующие люди, как пуритане считали Рождество языческим праздником, а пуританин Кромвель, дорвавшись до власти, запретил его празднование в Англии  именно как языческого праздника (о чём говорить  как-то не принято, ведь борьба с Рождеством – прерогатива богоборцев-атеистов-большевиков). И из американских протестантов до середины 19 века Рождество праздновали только немцы в Пенсильвании, остальным это претило именно потому, что считали Рождество языческим праздником. Среди немцев же вплоть до Реформации народное язычество было крайне сильно, Лютер не гнушался даже заигрывать с ним, одобряя обычай «елки» на Рождество (как увидим, языческий) или пасхального зайца.

И действительно, христианского в «Рождестве» лишь видимость, общеиндоевропейское празднование 25 декабря имеет хорошо изученные языческие корни.  Недалеко от него – день зимнего солнцестояния которое, собственно и празднуется. В Иране этот праздник назывался Ялда, у славян — Коляда, у германцев – Йоль и т.д.; в Римской империи, где христианство и возникло, в тот же день справлялся праздник Непобедимого Солнца (а его предшественником были римские Сатурналии). В современной Европе с нынешней модой на неоязычество это даже подается в соответствующем ключе — мол-де, христианство сохранило и продолжило духовные и культурные традиции языческого мира.

Менее известно другое. Германский бог Фрейр, покровитель Йоля, со своей сестрой Фрейей – боги плодородия и  загробного мира.  Бог Митра, который родился в ночь перед Ялдой, также выступает в роли посредника между миром живых и миром мёртвых. В греческой мифологии в этот день Аиду, правящему своим подземным царством, разрешалось подниматься на гору Олимп, приобщаясь к сонму прочих богов. У японцев существует праздник Дзиндзицу, отмечающийся 7 января — день изгнания демонов. В германской мифологии в ночь перед Рождеством по земле мчится Дикая охота — кавалькада призрачных всадников во главе с богом Одином. В отдельных южнорусских губерниях ещё в XIX веке был зафиксирован обычай «греть покойников» — разводить костры утром в Сочельник или на Рождество.

В этой связи знаменательно, что у всех европейских народов существуют поверья, что перед Рождеством необычайно активна разная нечисть и злые духи. Верующие объясняют это своего рода диалектикой: мол, никогда так не темно, как перед рассветом, и поэтому в ночь перед рождением будущего «Солнца правды» особенно сильна Тьма (что не мешает  им считать «бесовским праздником» Хэллоуин). На деле же праздник нечисти перед Рождеством тесно связан с событием самого Рождества. Не случайно зимнее солнцестояние у славян называлось «карачун», поскольку человек в этот день может и ласты склеить. А вышеупомянутая Дикая охота в фольклоре сопровождалась адскими псами, гонящими души грешников прямо в Преисподнюю.

В мифологии коми упыри в эту ночь вылезают из могил (у скандинавов тогда же поднимаются из гроба мертвецы-драугры), а в легендах балканских народов тогда же вылетают на охоту ведьмы-стриги (словом «стригой» на Балканах также называли вампира).  Беззащитность человека во время зимнего солнца особенно подчёркивается тем, что в отличие от обычных дней, когда собственный дом как-то защищает, здесь он оказывается проницаем для нечисти вроде эльфов, в современной огламуренной мифологии играющих роль помощников доброго дяди Санты. В мифологии германских народов в эту ночь особенно активны эльфы, похищающие человеческих младенцев и подменяющие их на «своих», выглядящих как дети.

Образ эльфов также эволюционировал из мифа о ходячих мертвецах; правителей их страны зовут Даин (Мертвый), Нар (Труп) и Блаин (Бледный). Само слово «эльфы», судя по всему, восходит к слову «белый» (белый — цвет смерти), а в других мифах они носят красные с синим одежды (в скандинавской мифологии богиня смерти Хель обладает наполовину красным и наполовину синим телом).

В этой связи характерен обычай так называемых подарков на Рождество. У разных народов подарки приносят разные персонажи – и все они имеют прототипом существ недобрых. У басков подарки разносит добродушный увалень по имени Олендзеро. Но первоначально он не дарил подарки, а попросту убивал всех, кто на Рождество вёл себя «безнравственно» (скажем, обжирался и напивался). Наш Дед Мороз раньше морозил путников, оказавшихся в лесу, как описано в известной поэме Некрасова, финский Йолоупукки был козлоподобным монстром, а образ Снегурочки, возможно, происходит из кельтского обычая жертвовать «морозу» девственниц, выставляя их на мороз.  Опять же на Западе помощником Санта Клауса выступает отвратное существо с демоническими чертами, наказывающее тех, кто плохо себя вел – Кнехт Рупрехт, Крампус, Пер Фруэтар, Черный Пит… — имя им легион.

Любопытен обычай так называемой «рождественской ёлки», возникший именно в Германии. В другие страны Европы он был импортирован впоследствии. Согласно римским источникам, в ельнике германцы и кельты приносили жертвы, в том числе и человеческие, духам (есть версия, что обычай вешать на елку игрушки происходит от обычая развешивать на ветвях елки внутренности принесенных в жертву людей). Елку, насаждаемую Петром I на Руси, долго не принимали именно из-за того, что ель воспринимается как бесплодное, мрачное дерево, проклятое Богородицей, связанное со смертью и похоронами («крестили у ели, а черти пели»- говорил народ; «елки-палки»- закамуфлированное чертыхание; на ёлке и под ней лешие и русалки оставляют своих детей). Да и в Библии ель упомянута как жилище аисту (Пс.103:17), нечистой птицы.

Также занимательны корни обычая «колядования», существующего во многих странах на Рождество, когда люди ходят по домам и просят дать им угощение (аналогичный обычай практикуется на Хэллоуин). Применительно к Хэллоуину показательно, что в Средневековье просители были преимущественно бедняками или вовсе нищими (что напоминает о празднике Сатурналий, также отмечавшемся 25 декабря, когда власть в обществе на день переходит к рабам — отсылка к известной идее о том, что в подземном мире всё «вывернуто наизнанку»). До сих пор на Хэллоуин просители переодеваются в костюмы, изображающие различных монстров, что, видимо, восходит к мифу о том, что в определенные дни нечисть проникает в мир живых и собирает с людей дань. Обычай колядовщиков наряжаться в тулупы навыворот также подтверждает эту версию — в англосаксонском и кельтском фольклоре одежды навыворот носят особо враждебные и опасные эльфы.

Таким образом, подводя итоги, можно сделать следующий вывод- праздник, отмечавшийся 25 декабря или 6 января, первоначально мыслился как время, когда создания из Нижнего мира (Преисподней, Страны мертвых) могут невозбранно проникать в мир живых и причинять им вред. Так почему же он праздновался? В сознании дикого и суеверного человека прошлого духи умерших могли причинить вред (так, у англосаксов и вообще германцев многие болезни связывались со злокозненными чарами эльфов), но они же обладали властью над плодородием земли и могли в обмен на поклонение себе даровать хороший урожай. Известный религиовед Н.М.Никольский так описывает празднование Рождества в крестьянской среде:

«Вечером под рождество зовут в хату мороз и угощают его кутьей, чтобы он не морозил по весне огородных посадок и полевых посевов; «ржу» и «бель», портящие колос, уговаривают ходить теперь, а не летом: летом «на моховом болоте перебивайте, а кали придете к нам у летку, железными метлами очи выцарапаем».»

И ещё маленькая подробность. Существует множество изображений младенца Иисуса в яслях в окружении животных (обычно барашков и ослят). На мой взгляд, художники в данном случае незаслуженно забывают о другом животном, столь же распространенном на родине Иисуса, то есть о козлах. Как отмечает тот же Никольский, большая часть народных праздников, приуроченных к 25 декабрю, носила сельскохозяйственный характер и связана с идеей, что дух плодородия, представляемый в виде козла, нуждается в специальном ритуальном задабривании. Этот обычай непрерывно существовал на протяжении столетий — и на древнеримские Сатурналии, и на русскую Коляду празднующие рядились козлами и пели «где коза ходит, там жито родит». Да и финны, как я уже говорил выше, представляли рождественского духа (Йоулупукки) в виде получеловека-полукозла. Про греческих сатиров и фавнов, сопровождавших Диониса, я думаю, никому рассказывать не нужно. Позднее в этом виде стали изображать Сатану.

Но, возвращаясь к Рождеству- почему же мрачное происхождение этого праздника было забыто? Причиной этому, судя по всему, стало то, что в период эллинизма, когда в результате походов Александра Македонского и римских завоеваний впервые возникло явление глобализации. Была создана единая средиземноморская экономика, базировавшаяся на массовом применении рабского труда («глобальное общество цивилизованных рабовладельцев», как очень современно описывает эпоху известный специалист по ней Б.Ковельман), прежде всего, в сельском хозяйстве. Традиционное язычество отмерло, и среди масс простонародья появился спрос на культ доброго, милосердного к людям бога. По понятным причинам представители простонародья обратились к своим привычным сельскохозяйственным божествам (Осирису, Аттису, Митре, Душару, Адонису), переосмыслив их в качестве «сотера» (спасителя) всего человечества. Одним из этих «сотеров» был и Иисус.

Впрочем, темное прошлое «спасителя» так и не было до конца забыто даже в христианскую эру. В Средневековье были популярны истории о том, как Христос или кто-то из его подручных-святых за то, что тот или иной человек не проявлял к нему должного почтения, наказывал болезнью или даже смертью, подобно тому, как в языческие времена тем же самым занимались какие-нибудь эльфы или русалки. Так что преемственность между упырями прошлого и их нынешним славным потомством поддерживалась истовыми в вере людьми в целости и сохранности.

 


[1] «В связи с сегодняшним праздником хочу напомнить интересующимся один аспект евангельской истории. Рассказ там начинается с того, что Иосиф и Мария, беременные Христом идут (едут) проходить перепись в Вифлеем, поскольку для прохождения переписи каждый должен вернуться в свой город. Эта римская перепись хорошо известна историкам — её проводил прокуратор Сирии Квириний в 6-7 г. нашей эры.

Что же следует дальше в рассказе? Приходят волхвы,  рождается Иисус в пещере, затем Ирод, узнав о рождении «спасителя Израиля», приказывает перебить всех младенцев. То есть Иисус рождается ещё при жизни Ирода — а смерть его, как известно, случилась в 4 г. до нашей эры. Получаются временные ножницы, из которых со всей определённостью следует, что не было самого события рождения Христа, если по этим именем понимать главного героя евангельских историй» (link).

 

 

Об авторе Hans Lemke